![]() |
Здравствуйте, гость ( Вход | Регистрация )
![]() ![]() |
![]() |
TanyaR |
![]()
Сообщение
#1
|
![]() Заслуженный пенсионер ![]() ![]() ![]() ![]() ![]() ![]() ![]() Группа: Модераторы Сообщений: 9 426 Регистрация: 12.12.2006 Пользователь №: 34 ![]() |
|
TanyaR |
![]()
Сообщение
#2
|
![]() Заслуженный пенсионер ![]() ![]() ![]() ![]() ![]() ![]() ![]() Группа: Модераторы Сообщений: 9 426 Регистрация: 12.12.2006 Пользователь №: 34 ![]() |
Севастополь. Первый памятник в городе.
КРЫМСКАЯ ВОЙНА НА ФОТОГРАФИЯХ ДЖЕЙМСА РОБЕРТСОНА Александр Иванович Казарский родился 16 июня 1798 года на белорусской земле в местечке Дубровно Витебской губернии в семье отставного губернского секретаря, который управлял имением князя Любомирского. Отец Саши — Иван Кузьмич Казарский, мать Татьяна Гавриловна. В 1808 году к Казарским приехал двоюродный брат Ивана Кузьмича и крестный Саши Василий Семенович, надворный советник, только что назначенный на должность в обер-интендантстве Черноморского флота. Он предложил отвезти Александра Казарского в приморский город Николаев и определить его в Черноморское штурманское училище. Провожая сына на службу, Иван Кузьмич сказал ему: «Честное имя, Саша, — это единственное, что оставлю тебе в наследство». 30 августа 1813 года волонтер Александр Казарский был записан в Черноморский флот гардемарином и вскоре стал мичманом. Юноше хотелось найти живое дело, и он подал рапорт о переводе его в пограничную службу на Дунайскую флотилию, где и был назначен в Измаил командиром отряда малых гребных судов. Служба на Дунае продлилась пять лет. Здесь в 1819 году он получил чин лейтенанта В том же году Казарского назначили на фрегат «Евстафий», который прибыл в Севастополь. На «Евстафии» Казарский прошел хорошую командирскую школу. После «Евстафия» Казарский плавал на шхуне «Севастополь», транспортах «Ингул» и «Соперник». В это время шла русско-турецкая война, и корабли Черноморского флота активно участвовали в боевых действиях. Бриг «Соперник» под командованием Казарского доставлял войска и вооружения под турецкую крепость Анапу. Из-за малой осадки «Соперник» мог подойти близко к крепости. Три недели маневрировал Казарский под стенами Анапы, громя ее бастионы, уклоняясь от прицельного огня крепостных орудий и батарей. «Соперник» получил десятки повреждений, но оставался в строю до последнего дня осады. Ровно в полдень 12 июня 1828 года наши войска вступили в Анапу, и над ней взвился русский флаг. Николай 1 щедро наградил офицеров и нижних чинов, отличившихся под Анапой. Казарский стал капитан-лейтенантом. В сентябре того же года по схожему сценарию была взята Варна, и за проявленную при этом храбрость Казарский был награждён золотой саблей. Вскоре после этого Казарского назначили командиром 20-пушечного брига «Меркурий». 14 мая 1829 года три русских военных корабля — фрегат «Штандарт» и бриги «Орфей» и «Меркурий» — крейсировали у Босфора. Неожиданно на горизонте показалась турецкая эскадра, значительно превосходящая по силам русский отряд кораблей. Поскольку необходимости принимать неравный бой не было, русские корабли повернули в сторону Севастополя. Однако «Меркурию», обладавшему худшими ходовыми качествами, не удалось уйти от погони: он был настигнут двумя самыми крупными и быстроходными кораблями в турецкой эскадре — 110-пушечным «Селимие» и 74-пушечным «Реал-беем». На одном корабле находился адмирал (капудан-паша) турецкого флота, а другой шёл под вымпелом контр-адмирала. Командир «Меркурия», обойдя по очереди всех офицеров, убедился в их единодушном желании принять бой, несмотря на явное неравенство сил. Казарский положил заряженный пистолет перед входом в пороховой склад. Позже в своём донесении адмиралу Грейгу Казарский писал: «…Мы единодушно решили драться до последней крайности, и если будет сбит рангоут или в трюме вода прибудет до невозможности откачиваться, то, свалившись с каким-нибудь кораблем, тот, кто ещё в живых из офицеров, выстрелом из пистолета должен зажечь крюйткамеру». Бой длился 4 часа. Исключительно искусное маневрирование Казарского, пользовавшегося и парусами и веслами, чтобы не дать противнику использовать его десятикратное превосходство в артиллерии, затруднило туркам ведение огня прицельно. Вместе с тем метким огнем по его рангоуту и такелажу бригу удалось сперва перебить несколько гротовых снастей на корабле капудан-паши, что вынудило последнего лечь в дрейф, а затем сбить лиселя у второго корабля, который после четырех часов боя стал отставать и вскоре прекратил преследование. «Меркурий» же около 17 часов следующего дня присоединился к русскому флоту, вышедшему из Сизополя. В результате боя «Меркурий» потерял убитыми 4 человека, ранеными 6 (в некоторых источниках говорится о восьми раненых) человек. При этом сам Казарский получил контузию головы. Корабль в результате боя был сильно поврежден – только в корпусе было 22 пробоины. Бриг «Меркурий» после победы над двумя турецкими судами. Картина И.К.Айвазовского Победа «Меркурия» казалась настолько нереальной, фантастичной, что некоторые знатоки военно-морского искусства отказывались в неё верить. Английский историк Ф. Джейн, например, писал: «Совершенно невозможно допустить, чтобы такое маленькое судно, как «Меркурий», вывело из строя два линейных корабля». Газета «Одесский вестник» так писала о сражении «Меркурия»: «Подвиг сей таков, что не находится другого ему подобного в истории мореплавания; он столь удивителен, что едва можно оному поверить. Мужество, неустрашимость и самоотвержение, оказанные при сём командиром и экипажем «Меркурия», славнее тысячи побед обыкновенных». Поэт-партизан, герой Отечественной войны 1812 года Денис Давыдов посвятил Казарскому такие строки: Мужайся! — Казарский, живой Леонид, Ждёт друга на новый пир славы… О, будьте вы оба отечества щит, Перун вековечной державы! И гимны победы с ладей окриленных Пусть искрами брызнут от струн вдохновенных! Адмирал Истомин о моряках «Меркурия» высказался так: «Такого самоотвержения, такой геройской стойкости пусть ищут в других нациях со свечой…» Бриг «Меркурий» был награжден кормовым Георгиевским флагом и вымпелом — вторым, после линейного корабля «Азов». Кроме того, указом императора предписывалось всегда иметь в составе Черноморского флота бриг, построенный по чертежам «Меркурия». Капитан Казарский и поручик Прокофьев получили орден Святого Георгия IV класса, остальные офицеры — ордена Святого Владимира IV степени с бантом, нижние чины — знаки отличия военного ордена. Все офицеры были произведены в следующие чины и получили право добавить на свои фамильные гербы изображение тульского пистолета, который Казарский положил на шпиле возле крюйт-камеры. Капитан-лейтенант Казарский был произведён в капитаны 2 ранга и назначен флигель-адъютантом. Оправившись от контузии, Казарский принял под свою команду 44-пушечный фрегат «Поспешный» и успел принять участие в одной из последних операций кампании — взятии Месемврии. В начале 1830 года Казарский назначается командиром линейного корабля «Тенедос». В 1830 году вместе с князем Трубецким Казарский ездил в Лондон для поздравления английского короля Вильгельма IV как представитель Российского флота. В 1831 году за отличие по службе капитан 2 ранга Казарский производится в капитаны 1 ранга. В том же году уволенный от командования кораблем Казарский становится придворным офицером в свите Николая I. Если прежде вся жизнь Александра Ивановича проходила на боевых кораблях, то теперь все больше на колесах. Саратовская, Тамбовская, Симбирская, Нижегородская, Пензенская губернии - вот адреса его служебных командировок. Особое поручение выполнял Казарский в Казани. Он должен был вынести заключение о целесообразности дальнейшего существования Казанского адмиралтейства. Вскоре после Казани он отправляется в длительное путешествие по неисследованным рекам и озерам в бассейне Белого моря и Онеги. В 1833 году Казарский был направлен для проведения ревизии и проверки тыловых контор и складов в черноморских портах, но вскоре после прибытия в Николаев 16 июня 1833 года внезапно скончался. Похоронили Александра Ивановича в Николаеве. Расследование загадочных обстоятельств его смерти безуспешно велось несколько лет. Тайна смерти не раскрыта до сих пор. Желая сохранить для потомков память о подвиге брига под командованием Казарского, черноморские моряки решили на свои средства установить в Севастополе памятник герою. В сборе средств приняли участие моряки не только Черноморского, но и Балтийского флота. К концу 1834 года было собрано около 12 тысяч рублей. Эскизный проект монумента был выполнен в 1835 году академиком архитектуры А.П.Брюлловым, сооружал его на Матросском (бывшем Мичманском) бульваре известный в Севастополе мастер О.Г.Нюман. В 1839 году состоялось торжественное открытие памятника. На палубах кораблей, обнажив головы, в строю стояли матросы и офицеры Черноморского флота. Флаги кораблей были приспущены. Флот выстрелами из пушек отсалютовал подвигу экипажа брига и его командира. С тех пор и стоит в Севастополе памятник, на постаменте которого лаконичная надпись: «Казарскому. Потомству в пример». https://www.postkomsg.com/history/196523/ КРЫМСКАЯ ВОЙНА НА ФОТОГРАФИЯХ ДЖЕЙМСА РОБЕРТСОНА |
TanyaR |
![]()
Сообщение
#3
|
![]() Заслуженный пенсионер ![]() ![]() ![]() ![]() ![]() ![]() ![]() Группа: Модераторы Сообщений: 9 426 Регистрация: 12.12.2006 Пользователь №: 34 ![]() |
|
TanyaR |
![]()
Сообщение
#4
|
![]() Заслуженный пенсионер ![]() ![]() ![]() ![]() ![]() ![]() ![]() Группа: Модераторы Сообщений: 9 426 Регистрация: 12.12.2006 Пользователь №: 34 ![]() |
Письмо, посланное из Биюлимана, с упоминанием о подвиге брига «Меркурий» (турецкий источник)
ПИСЬМО посланное из Биюлимана 27 мая 1829 года написанное штурманом «Реал-бея» оттоманского флота Биюлиман, 1829 год. 8 июня (27 мая ст.ст.) "22 числа сего месяца мы вышли из пролива, и к ночи, после различных эволюций мы стали править к О; чтобы взойти в залив Пендараклия, на встречу одного отряда Русского флота. По приходе мы нашли там только один турецкии фрегат переделанный из корабля, который был сожжен русскими немного спустя после спуска его на воду. Русский флот, состоящий из 14 судов между которыми были шесть линейных кораблей., много потерпел от огня батарей, как узнали мы от коменданта крепости. Мы пошли снова к проливу; и 25 взяли один 36-пушечный фрегат, который спустил флаг при нашем приближении. Капитан того фрегата оставался до вчерашнего дня на нашем судне; он украшен многими орденами и очень хорошо объясняется на итальянском языке, имя его Семен Михайлович а фрегат называется «Рафаил». Во вторник, с рассветом, приближаясь к Босфору мы приметили три русских судна: фрегат и два брига; мы погнались за ними, но только догнать могли один бриг в три часа по-полудни. Корабль капитан-паши и наш открыли тогда сильный огонь. Дело неслыханное и невероятное. Мы не могли заставить его сдаться: он дрался, ретируясь и маневрируя со всем искусством опытного военного капитана, до того, что стыдно сказать, мы прекратили сражение, и он со славою продолжал свой путь. Бриг сей должен потерять, без сомнения половину своей команды, потому что один раз он был от нашего корабля на пистолетный выстрел, и он, конечно, еще более был бы поврежден, если б капитан-паша не прекратил огня часом ранее нас, и сигналом не приказал бы нам то же сделать. В продолжение сражения командир русского фрегата говорил мне, что капитан сего брига никогда не сдастся и если он потеряет всю надежду, то тогда взорвет бриг свой на воздух. Ежели в великих деяниях древних и наших времен находятся подвиги храбрости, то сей поступок должен все оные помрачить, и имя сего героя достойно быть начертано золотыми литерами на храме Славы: он называется капитан-лейтенант Казарский, а бриг — «Меркурий». С 20 пушками не более, он дрался против 220 в виду неприятельского флота бывшего у него на ветре." |
![]() ![]() |
Текстовая версия | Сейчас: 30.8.2024, 5:06 |